Поездка на запад

Места боевой славы героев Отечественной войны 1812 года и липы, помнившие Пушкина, «живой музей» военно-исторического поселения армии Кутузова и атмосфера детства великого русского поэта — все это в захватывающем путешествии по Старой Можайской дороге, путешествии на запад.

Идею предложила: Ольга Матвеевичева

Дорога на запад связана в нашей истории с огромным количеством событий. Множество памятников, указателей, мемориалов не дают об этом забыть — в двух войнах эта дорога была ключевой. Там, где шоссе разделяется на Минское и Можайское, возвышается арка с надписью «Старая Можайская дорога». И если выбирать, какой путь предпочесть, то без сомнения прямой и современной Минке мы предпочитаем неширокую, памятливую Можайку. Извилистая и зеленая, эта дорога петляет по подмосковным лесам, закладывая крутые виражи, не единожды пересекая железную дорогу.

Ближе к Можайску деревни и поселки встречаются все реже. Сквозь листву кружевами ложатся на дорогу солнечные пятна, и, кажется, что воздух и сам стал зеленым и насыщенным.

Можайск

Один из самых древних городов подмосковья, Можайск в ХIV веке был одним из религиозных центров Московской руси. По легенде, когда город был в осаде, Святитель Николай с мечом в руках разогнал неприятеля, потому и икона Николы Можайского пользовалась особым авторитетом.

В начале XVII века город оказался в центре событий польско-литовской интервенции, был осажден. После окончания смутного времени воеводой здесь был герой народного ополчения Пожарский. При нем в Можайске выстроен каменный Кремль по образцу московского с двумя воротами и шестью башнями, но в конце XVIII века его разобрали. Позже, к сожалению, так же бесследно исчезли почти все другие памятники истории города, и сейчас практически ничего не осталось. Без остановки проезжаем мимо Никольского собора — на сегодня главной достопримечательности Можайска и устремляемся дальше на запад.

Бородино

Огромные пространства: перелески, деревушки, речки, ручьи и поля, — это Бородинское поле. Здесь каждый клочок земли дышит историей. Нет здесь обычной подмосковной скученности многоэтажных домов, и до сих пор с главной высоты просматриваются все окрестности.

Мы заходим в бюро, заказываем экскурсию, выбираем экспозиции для посещения. Огромные пространства, громадный пласт истории… Жаль, но кажется, за одно посещение охватить все не удастся.

Музей начинается с непомерных амбиций молодого корсиканца. Кто из нас не знает низенького, пухленького, талантливого реформатора, полководца, давшего название торту и комплексу? Наполеон в разных видах, его родня, мундиры его армии. Совершенно случайно я узнала, что не люди той эпохи были такими маленькими, а сукно от хранения и постоянной чистки усаживается.

Дальше зал, посвященный стареющему князю, противнику императора Европы, назначенному в последний момент единым главнокомандующим,— Кутузову. Мы рассматриваем вещи, которые он держал в руках, экипаж, в котором ездил.

Блистательный император Александр I, волею судеб вставший на пути у честолюбивого Наполеона. Такой и должна быть история, в лицах и предметах.

Мы с дочками переходим от стенда к стенду, вслед за рассказом нашего экскурсовода. Иногда перед глазами отчетливо встают события тех лет, настолько отчетливо, что кажется — протяни руку и ты уже в центре сражения. Вот такая история, которую можно рассмотреть, ощутить и представить, вызывает в моих дочках гораздо больше отклика и желания во всем разобраться, чем ее школьный аналог.

Макет Бородинской битвы, на котором лампочками загораются районы, о которых сейчас рассказывает экскурсовод, дает представление о битве. Это действительно похоже на шахматную партию. И порой забываешь, что речь идет о жизнях людей — кажется, что это была война оловянных солдатиков.

У памятника на батарее Раевского, где захоронен князь Багратион, слышна французская речь. Мы смеемся: враги приехали. Нам показывают, как располагались войска противников. Оказывается, в жизни все гораздо понятнее, чем на макете. То там, то здесь видны памятники частям русской армии. Такими знаками здесь отмечено много мест.

А там, где все начиналось, рядом со Спасо-Бородинским монастырем, некогда возведенным в память погибших русских воинов, стоит и памятник погибшим французам.

Ужасные вещи про то сражение нам рассказали в музее. Странным образом в том же месте развернулись кровавые события и во время второй мировой войны. И памятники этих двух великих войн стоят повсюду, куда ни бросишь свой взгляд, напоминая современникам о героической доблести наших предков.

Живой музей

У самого края Бородинского поля, сразу у железнодорожного перехода я оставляю нашу машину. Дальше пешком. Не слишком далеко, сразу перед нами открывается панорама крестьянского двора, принимавшего солдат на постой. Мы проходим под шлагбаумом мимо караульной будки. Все так похоже, как на картинах в музее. Навстречу выходит солдат. Мне немного не по себе — с детства уважаю людей в военной форме, тем более такой — перед нами гусар.

Удивительно приветливым оказался этот человек, увлеченный историей. Удобно устроившись в сенях, мы разглядываем предметы вокруг. Это живой музей. Жизнь идет своим чередом. Кое-что мы знаем, например, как выглядит коромысло или ткацкий станок. Многие вещи нам незнакомы. А часть одежды, развешенной по стенам, вызывает у моих детей живое любопытство: еще бы, там висит солдатская амуниция. Дети расспрашивают, что это, для чего нужно, как рубились палашами и для чего нужны эти сумочки и ранцы. Такое чувство, что только что здесь были солдаты, разделись, вышли во двор, что они здесь, рядом.

В сущности, все так и есть. Вещи эти принадлежат реконструкторам, временно заселяющим этот дом, ставший центром жизни увлеченных историей людей. Они постоянно приходят, уходят, проходят мимо. И даже когда они одеты в обычную одежду, от них за версту веет принадлежностью к этому особому миру, восстанавливающему историю своими руками.

Между тем гусар ведет нас дальше, рассказывая о жизни крестьянского двора. Мы сидим за хозяйским столом, разглядывая внутреннее убранство избы. Полати занавешены — там сегодня спали гости. Печью регулярно пользуются, это заметно по следам сажи на побеленной стенке. Все можно смотреть и трогать.

Наш проводник в этот мир крестьянского быта рассказывает удивительные вещи. Мы идем по избе, разглядываем причудливые предметы. У стенда с мужскими инструментами застреваем. Всякий циркуль и пилу можно пощупать, что мы с удовольствием и делаем. Девочки, правда, почему-то отправляются щупать пушку в обществе мальчиков. Солдаты их пожурили за это очень своеобразно: нельзя этого делать не потому, что испортить могут, а потому, что опасно.

Мы смотрим вокруг, все трогаем, расспрашиваем о назначении вещей, их использовании, об истории их появления в музее. И наш проводник рад показать, рассказать, дать пощупать, потому что ему важно, чтобы мы полюбили эту живую историю так же, как любит ее он. И через тепло вещей, которые держали в руках жители этого двора, передается нам любовь этих людей к своему делу.

А под конец нас пригласили за стол, чтобы накормить едой, приготовленной в русской печи. Стряпуха, она же крестьянка, она же сотрудница музея, накормила, напоила, заболтала нас, как и положено ее историческому персонажу. Она пригласила нас приезжать еще, рассказала про все праздники, которые здесь проходят. Мы шли обратно к машине и рассуждали, как исторические вещи, собранные в одном месте руками увлеченных людей, вот так запросто перенесли нас на пару столетий назад.

Большие Вяземы — Захарово

Западное направление, связывающее нашу столицу с Европой, богато на интересные места. Вот в деревне Большие Вяземы находится дворец Голицына. Удивительным образом здесь сочетается история средневековья с таким не слишком далеким для нас временем детства Пушкина.

К началу экскурсии собралось немного людей, и такой компактной колонной мы отправились в историко-литературную экскурсию.

Храм, что в селе Большие Вяземы, имеет удивительную историю. Я слушала про темное средневековье, про смутное время Бориса Годунова и разглядывала храм, так замечательно сохранившийся до нашего времени, несмотря на все бури, пролетевшие мимо. Дочек моих привлекла колокольня. Мы стали рассматривать колокола, представлять, как они звонили на службу, гадали, разрешают ли звонить на этой колокольне в Пасхальную неделю — все-таки историческая ценность.

Прогулка по парку с рассказами о том, как он был устроен, понравилась всем малышам. Конечно, липы, которые мог видеть сам Пушкин, их не сильно впечатлили. Зато обежать вокруг солнечных часов, загадав желание, было весьма увлекательно. Тем более, что мне тоже пришлось бежать за ними, а значит, и загадать желание.

Гуляя по парку, слушали мы историю жизни семейства Голицыных, в честь которых был назван целый город. Мост через речку Вязьму, построенный еще при них, до сих пор цел, а я даже не могла подумать, что он такой древний. Мы гуляли по аллеям, спускались к речке, мечтали покататься на лодочках, а девчонки тем временем все спрашивали, не пора ли нам заглянуть во дворец.

И вот наконец-то мы вошли во дворец. Увидев музейные тапочки, девчонки вспомнили «Ну, погоди», расхохотались, стали выяснять, зачем обувают такую прелесть. Пришлось объяснять, что мы должны заботиться о том, чтобы наследие предков дожило до их детей и детей их детей.

Надо ли говорить, что дворец восемнадцатого века выглядит небольшим, по сравнению с современными подмосковными строениями, да и устраивался он когда-то совсем по другим законам. Мы переходим из зала в зал, разглядывая экспонаты, слушая историю их владельцев. Конечно, музей — это не живая усадьба тех времен, тем не менее, назначение комнат было сохранено, и только отсутствие женщин, шелестящих платьями, и мужчин, облаченных в сюртуки, не позволяло окончательно погрузиться в атмосферу эпохи Пушкина.

Больше всего, конечно, девочек увлекла детская. Да чего уж там, я тоже, бочком отодвинувшись от экскурсовода, принялась рассматривать кукольный домик, крошечную посуду, малюсенькую мебель, куколок. Все вместе мы пришли к единому мнению: души в этом кукольном доме гораздо больше, чем в современных игрушках, потому и выглядят они такими милыми, так и хочется поскорее взять их в руки.

Вообще-то в детском представлении дворец — это такое место, где Золушка танцует на балу с принцем. Мои дочки впервые побывали в настоящем историческом дворце, в котором даже бывал настоящий император. Конечно, это совсем не то, что они привыкли себе представлять, и я думаю, что их фантазии о старинных временах, принцессах и принцах немного изменились.

А затем было еще Захарово, усадьба бабушки Пушкина, которая находится совсем недалеко от усадьбы Голицыных. Там восстановлена атмосфера летнего отдыха юного Пушкина. Это совсем не дворец, гораздо проще. Девочки удивились, что великий поэт хоть и не был так богат, как соседние князья, а стал гораздо более знаменитым, чем они.

После мы пошли гулять в большой приусадебный парк, полный видений, и сразу же единодушно решили, что если герои сказок Пушкина когда-нибудь отдыхают от глаз любопытных читателей, то, несомненно, приезжают они для этого именно сюда.